|
Захотелось вас всех увидеть...
|
|
| ТихонН [ Offline ] | Дата: Пн, 05.12.2011, 13:18 | Сообщение # 411 |
|
Полосатый Дипломат :)
Пользователь №: 100
|
| Операция "Самые лучшие враги" часть четвертая
Маг, самостоятельно выбравшийся из под завала, упорно, но безрезультатно пытался теперь вытащить жреца, поочередно дергая его за левый и правый сапоги. Но ничего не выходило. Жрец приглушенно из-за горы обломков ругался на латыни, указывая на будущее маршруты движения мага при выдвижении им новых гениальных идей и планов. Маг старательно делал вид что напрочь позабыл латынь, но всеж краснел при наиболее виртуозных пируэтах, доносящихся из импровизированной могилы.
Все шло наперокосяк и сердце мага замерло в ощущении беды, когда внезапно стих шум от эпического побоища, устроенного воином и лукарем в центре руин. Наступившая тишина была зловещей. Лукарь никогда не сдерживал эмоций, но сейчас радостных воплей не было слышно. Выходит, что либо воин перестарался и прибил пернатого невзначай, либо противники одновременно убили друг друга критами и теперь на поле боя остывают сразу два трупа. А прист видимо уже освоился под завалом и даже ругался меньше и тише. По всем фронтам была катастрофа.
Маг бросил безнадежные попытки спасения погребенного под завалом и рванул к месту боя воина и лукаря. Через пару минут он убедился, что по крайней мере воин жив. Вместе с лиской он растерянно стоял и печально смотрел на яму, выкопанную ими для подтверждения байки о сокровищах. Из ямы торчало древко алебарды. Маг застонал от горя. Как всегда гениальный план сгубило бездарное исполнение. В общем, хотели как лучше, а получилось как всегда.
"Он вообще жив?" прошептал маг, подойдя вплотную к горе-злодею. Воин признался "не проверяли. Вдруг жив и тогда раскроем всю нашу затею". "А вдруг мертв?!" на глазах у лиски были слезы. Она явственно представила как на дне ямы в луже своей крови лежит лукарь с воткнутой в спину алебардой. "Ну чо?!" в этот момент из-за колонны высунулась потрепанная черная тигровая морда. Оказывается любопытный кошак не сбежал в таверну, а вернулся посмотреть что да как. "Тигра!" обрадовалась лиска "сходи посмотри яму - жив там лукарь или как? В случае чего скажи что мол волновался и пустился на подвиги ради его спасения". "Нашли дурака" заворчал тигра "может он там затаился в засаде вполне живехонький и с арбалетом. Ток суну башку - а он мне сразу в глаз! Я ж без полосок просто неузнаваем!" "Вполне может быть" признал воин "он коварный тип и засады в его духе" "Потому идти лиске" предложил маг "она тут у нас единственный добрый персонаж". "Не пойду" насупилась лиска "во первых вблизи даж с новой прической, серой шубкой и в макияже он меня узнает. А во вторых мое сердце не переживет, если там увижу его погибшим". "Ну не мне же идти" простонал маг "меня он с одного выстрела положит, а потом опознает и еще пару контрольных сделает!" "Я пойду" решительно сказал воин "я накосячил - мне и жизнью рисковать". Зажав разбитое забрало перчаткой, чтобы не было видно лицо и не прилетела в глаз шальная стрела, он осторожно подошел к яме и заглянул в нее. Вернувшись к остальным он доложил, что лукарь жив, алебарда ударила его по башке плашмя, кровищи нет, но и признаков сознания в неподвижно лежащем теле не наблюдается.
Все вздохнули с облегчением. Но по прежнему нерешенным оставался вопрос - а что дальше делать то? Тигра предложил сбегать в город истоков в баню и отмыться, вернувшись знакомым лукарю полосатым табуретом. Маг заметил что ему быстрей переодеться, слетав в их дом в гд. Воин предложил не мудрствуя вытащить лукаря и дождаться его пробуждения дабы благородно закончить поединок. Нач то маг резонно ему возразил, что такое поведение бездушного воителя лукаря уж явно насторожит. Самую здравую идею подкинула лиска, напомнив о печальной судьбе жреца. Вытащенный совместным рывком тигры и воина, жрец был зол как тысяча демонов, мог говорить только междометьями, коими изложил план кидания нашатырного спирту в яму для возврата сознания лукаря резким запахом. Впрочем, что делать когда лукарь очнется - тоже было неясно. Но затягивать решение далее было опасно - лукарь в холодной яме мог простыть и серьезно заболеть.
"Вот что предлагаю сделать" жрец после долгих споров настолько потерял терпение от холода, ушибов и злости, что даже стал говорить вполне ясно "Мы закинем в яму не нашатырь, а эфир".
Продолжение следует 
|
| |
|
|
| Howea [ Offline ] | Дата: Пн, 05.12.2011, 16:56 | Сообщение # 412 |
|
Дипломат
Пользователь №: 23
|
| Тих, можно я некоторые твои произведения выложу у нас на форуме? Ессно с указанием авторства и откуда взято. Пусть народ знает). Интересно ведь читать)
В борьбе со здравым смыслом победа будет за нами! 
|
| |
|
|
| Вероника [ Offline ] | Дата: Пн, 05.12.2011, 20:25 | Сообщение # 413 |
|
| Маленькая главка. Ну, почему все "занудные" главы такие большие, а "интересные" ( по моему мнению, естественно ) такие крохотные? Надеюсь уместить в одном сообщении. Хватит нашему гг быть таким белым и пушистым 
Глава 13. Мёртвая душа и мёртвая рука.
Льёт слабенький дождь. Капли медленно падают на землю, встряхивая и поднимая осевшую пыль, которая быстро исчезает в воздухе. Солнце ярко светит и немилосердно палит, лучи которого играют с каплями дождя, и порой кажется что на землю льётся не вода, а мелкие многогранные кристаллы, разбивающиеся вдребезги, едва они прикасаются к дороге.
И даже как-то сразу становится приятно и хорошо, несмотря на то, что дождик не холодный, а грибной. Особенно после двух недель, проведённых на северной стороне Южне. Я так едва не сгорел, хотя и совсем не загорел. Может, только щёки стали розовее. Не знаю почему так, наверное, весь в папу, а тот в бабушку. И все они мертвенно бледные как и я. Дождь я не люблю: мокро и грязно, но сейчас эти мелкие капли воды как спасение, как глоток чистой и свежей воды в пустыне, как тепло от костра в ледяные осенние ночи. Стою пару минут, наслаждаясь, пока голос Лины не возвращает в действительности:
-Аллар, ты решил вспомнить давние времена, когда мог даже не в то королевство нас переместить? Мне кажется, что это всё-таки не Вясьма.
Прихожу в себя и бегло осматриваюсь. Действительно… не Вясьма. Недалеко от той дороги, куда я переместил нас с Линой, стоит громадная стена с множеством узоров и узнаваемыми сказочными персонажами, а сама дорога ведёт к богато украшенным воротам.
-Вержеград, - хлопаю себя по лбу. – Опять….А я так надеялся, что эти все промахи в прошлом.
-Так, в чём проблема? Перемещай. Ну, промахнулся километров на семьсот, как в былые времена, что же с тебя взять. Может, в следующий раз повезёт. Не тяни, давай.
-Хорошо, - я беру Лину за руку и уже хочу переместить нас, но останавливаюсь.
-Аллар? – спрашивает Кордилина, настраивая своя «зрение». – Ты что-то увидел?
-Да… стражу на воротах поменяли.
-И что в этом странного?
-Просто стоят девушка лет восемнадцати и мужчина уже в возрасте, примерно, лет так пятьдесят пять. Оба в обычной тунике, штанах и сапогах. Ни кольчуги, ни даже какого-нибудь самого примитивного оружия. Какой вывод напрашивается?
-Криккенёры, - отвечает Лина, видимо, уже закончив настраивать своё «зрение». – Чувствую, что день обещает быть жарким.
-Тоже так думаю, - и достаю меч.
-Подожди, - Лина кладёт свою руку на эфес моего меча. – Убери. Давай просто поговорим. Мы же не дикари.
-Поговорить? Лина, ты издеваешься. Как можно с криккенёром… нормально общаться?
-Я тоже криккенёр, или ты этого до сих пор не знаешь? – повышает голос Лина. – Поговорим с ними, или можешь смело считать меня своим врагом.
Такой реакции, я точно не ожидал. Поэтому лишь сглатываю и бормочу:
-Ладно…
-Вот, и отлично. Идём. Убери меч, - и я делаю то, что она просит.
Что это нашло на Кордилину? Неужели… чувство вины? Перед другими криккенёрами, ведь она ушла из замка за мной…
Но в любом случае, лучше сначала всё прояснить, а уже потом хвататься за оружие. Нанести удар я всегда успею.
Увидев, что мы приближаемся, девушка сначала одну руку поднимает вверх, затем опускает её и делает один полный оборот, в то время как локоть второй руки отводит назад, и когда она готовится резко вырвать кисть согнутой руки, тогда мужчина резко поднимает эту руку девушки вверх. Мне кажется, или я слышу в воздухе едва различимый скрежет.
-Это магия звука? – слышу подтверждение. Более того Лина говорит, что они оба – маги. Хм. А это уже плохо. Маг силён на расстоянии, но в ближнем болю ничего стоит. Правда… до мага ещё надо добраться, что бывает порой невозможно. Всё-таки есть плюсы и минусы как у магов, так и у воинов. И говорить, что кто-то лучше – просто напросто глупо. И лучше в битве готовиться к самому худшему, ведь враг не туп. У него тоже против любого приём найдётся лом.
Приближаясь, можно уже слышать, о чём мужчина с девушкой говорят.
-Зачем ты помешал мне? Это же, наверняка, даэйгоры, – равнодушно спрашивает девушка у мужчины. А тот ей отвечает:
-Вот этот, беленький – даэйгор, - и указывает на меня, - а это – криккенёр, - а затем на Лину.
-С какой это стати город охраняется мертвецами? – недовольно спрашиваю, держа руку на эфесе.
-С какой это стати металлические куски мяса вообще что-то вякают? – равнодушно спрашивает девушка.
-Вишиния, не надо так резко высказываться.
-Мильянщ, я говорю спокойно. Вообще-то, даэйгор, город охраняется давно, если тебе неизвестно.
-От…кого? – задаю не просто глупый, тупой вопрос. Ответ же очевиден…
-А от кого мы ещё можем охраняет? От крыс? От тараканов? Хотя… если даэйгоров можно назвать тараканами…
-Я чего-то не могу понять…
-Кажется, Феликс его просил пропустить. Обоих причём, если бы они сюда пришли, - вмешивается в глупый диалог Мильянщ.
-Я бы смогла пропустить кого угодно, но не их… - протестует девушка. – Я только недавно стала криккенёром, но успела наслышаться про этих двоих. От руки этого металлоплотного столько полегло двоеликомёртвых, и если бы их всех пересчитать, то цифра была бы близка к населению Западжинеля. И эта предательница вместе с ним. Мало того, что сбежала с даэйгором, так ещё и своих же убивала….
Пока Вишиния причитает, мужчина подходит к воротам и открывает их:
-Проходите. Феликс вас ждёт.
Девушка пытается что-то возразить, уже разевает рот, как сразу его затыкает, и лишь всплёскивает руками со словами: «Ну, и порядки.»
Что-то тут явно не то. Криккенёры, охраняющие ворота столицы?! И Феликс ждёт нас с Линой? Если же, конечно, не…
Нет. Такого просто быть не может.
За воротами также стоят двоеликомёртвые. На этот раз рослые и широкоплечие мужчины. Наверняка, такие бы не стали вешаться или травиться…
-О, Степной Сокол и Розвэнэри идут, - пытается сказать один из них ехидно, но не выходит.
-Как ты меня назвал? – не понимаю.
-Степной Сокол. Всем даэйгорам мы даём клички. Сокол – птица хищная и опасная, однако если она будет летать лишь над степями, она не увидит того, что творится во всём мире. Вдвоём идите к Феликсу. Он вас ждёт.
-Что вы вообще тут делаете? – опять задаю этот вопрос. – Это приказ вашей новой королевы, Блоурэн то бишь?
-Нет. Тут собрались все те, кто остался верен Феликсу. То есть практически все. Наш предводитель ждёт на Подвижнической площади. А насчёт того, что мы делаем тут. Как обычно, защищаем город от даэйгоров.
-Я не понимаю…как от даэйгоров?
Опять пытаются усмехнуться и замолкают. Я растерянно смотрю на Лину. Та ничего не отвечает.
Надо всё-таки найти Феликса.
Проходя мимо аллеи Славы и мост через речку Вержа, я пытаюсь понять происходящее. Защищают… от даэйгоров? Подождите. Я ничего не могу понять…. Всё на самом деле известно, просто я не хочу этому верить. Столько лет.... Столько ошибок…. Нет. Ну не может же быть настолько всё плохо дело?!
Или может?
Я выхожу к площади. Посреди сквера стоит огромный гранитный памятник, изображающий вержеградский дворец, вокруг которого кипит сражение. Дождь уже перестаёт лить, к сожалению. На сером небе виднеется бледная полоска радуги. В свете солнца памятник кажется каким-то могучим и монументальным. Около подножия на корточках сидит Феликс, облачённый в белую накидку. Лицо его сосредоточенно, а синие глаза наивны. Увидев нас с Линой, он поднимается и идёт в нашу сторону.
-О, так это наш благочестивый злодей. Роузвэн, я же предупреждал тебя: не связывайся с кланом, - но Лина ничего не отвечает. Даже опускает голову.
-Здравствуй, Феликс, ты хотел видеть меня, да? Зачем? – спрашиваю, прерывая речь бывшего предводителя криккенёров.
-О, о моих планах уже разболтали? У, сплетники, какие негодяи, не правда ли? Ну, опять надо плоско пошутить. Старость не в радость, благо кости не ломит, - Феликс как всегда в своём репертуаре. – А если серьёзно, то я надеялся тебе показать вот это, - и он раскидывает руки в сторону.
-Что… это? – не понимаю.
-Один из будних дней обычного криккенёра, - и бывший предводитель делает пару шагов назад, и снова раскидывает руки. – То, чем мы обычно занимаемся.
-И… что же вы делаете? – ответ на вопрос я уже знаю….
-Неужели непонятно? Вон, Роузвэн давно догадалась, смотри как молчит. Предупреждал же, не связывайся с даэйгорами, - и снова садится на корточки. – Мы как обычно спасаем людей.
-А не звучит ли это чересчур пафосно? И разве это не прерогатива даэйгорского клана? – что-то это всё мне не нравится….
Феликс поднимается с колен и противно начинает хохотать:
-Ты бы видел своё выражения сейчас, Риан. Ты думаешь, что твой клан всерьёз помогает людям? – а затем прохаживает вокруг меня. – Знаешь, ты исключительный кадр, который умудрился настроить две расы против себя. Эдакий паладин с чистыми помыслами, ставший вселенским злом. И при этом очень наивный. Но зато люди памятник какой забабахали. Правда мне кажется, что ты там не очень на себя похож. Пафосен слишком, а ты в жизни не такой. Я давно надеялся, что ты поймёшь, но, к сожалению, этого не произошло.
-Я не…верю… - единственное, что могу сказать.
-Что тебе сказал Грэгор, когда ты в первый раз пришёл в клан? «Убиваем криккенёров за денежки людей»? Нет, он не солгал. Клан действительно убивает двоеликомёртвых, и действительно получает деньги от людей. Только вот эта операция называется вымогательством. Чтобы людей не беспокоили металлоплотные.
-Но… Эмильера…
-Что Эмильера? Ах, да. Твоё первое задание. Когда ты только пришёл в клан, а точнее тебя привели, тебя ещё не успели «просветить». Ты должен был доставить Эмильеру в Ортег-Шип, чтобы даэйгоры взяли бедную девочку в заложники и объяснили тебе всю ситуацию. Но откуда они могли знать, что взяли в клана даэйгора, который благосклонен к людям, да, и к тому же, который умеет принимать свои собственные решения. Бедный царёк… он думал, что защитит свою дочку, отдав её даэйгорам. Как же он просчитался. Бедные даэйгоры, они думали, что захватят девочку в плен. Как же они просчитались. Двойная ошибка, однако в некоторых случаях одна ошибка заменяет другую и получается верный ответ! Ты, Риан, сделал всё так. Правда, не как я рассчитывал. Ведь Астрал недосягаем для таких, как мы. Но Астрал – большой, и поэтому тоже неплохой вариант. Однако, это не входило в планы клана, посему Грэгор и выгнал тебя. Ты не из их степи. Позднее узнаётся, что ты попал ко мне. Какой вывод делает клан? Правильно, что дескать ты встал на сторону криккенёров. Глупее ничего не придумаешь: металлоплотные никогда не будут на стороне двоеликомёртых, ненависть к «ходячим трупам» в вас заложена… природой. Но клан видел своё. И они понимали, если тебя я научу, то все они получат грозного противника. Они стали выждать… и когда ты снова заявился посреди очередного собрания даэйгоров в их любимом Месте…. Ты поверг всех в шок. Так не один, ещё и с криккенёркой. Вообще, ужас. Металлоплотные не на шутку испугались, они ведь наивно считали тебя сначала криккенёром, а затем моей правой рукой. И когда тебя увидели, то подумали, что клану настал конец, что их мелкое сообщество собираются уничтожить изнутри…. Но затем сообразили, что ты пока ничего не будешь предпринимать. И решили подыграть. Дабы показать тебе, якобы клан настроен дружелюбно по отношению к людям. Конечно же, они догадались, что ты – мой ученик, но опять же идёт игра-игра. Но примерно через пару лет это всё достало клан, и они решили убрать тебя. Отослали на заслуженный отдых тебя, а в это время начали придумывать план по твоему устранению. Но. Ты заявился куда раньше. Даэйгоры в панике…. А между тем заявился один сумасшедший дурачок, который активировал аэйровийский механизм. Криккенёрам пришлось попотеть. Хоть и клан не ждал твоего возвращения, но всё же решил воспользоваться ситуацией и под шумок убить ненавистного металлоплотного. Заявили, что дескать прибор находится на Церусеевской улице. Но клан опять промахнулся и не учёл того, что ты, Риан, не обижайся только, криво перемещаешься в пространстве, постоянно попадая не туда, куда тебе нужно. Именно тогда это тебя и спасло, ты очутился в аллее Славы. И не знаю как так получилось, что та вредная штукенция оказалась именно там. А дальше мы знаем, что ты вырубил её к разрушителю в гости. После этого клан приутих, и больше не предпринимал каких-либо действий по твоему устранению. Но через несколько лет в клан заявляется Блоурэн с весьма интересным предложением: заманить тебя как-нибудь на Запад. Клану это не сложно, Мельш сразу же посылает тебя и Лину в Эрвуа, дескать там что-то произошло страшное. Что он придумал, не знаю, но ты сразу же рванул в Западжинель. И ещё решил навестить своего братца, проведать, всё ли с ним в порядке. А дальше, как развивались события, мы знаем. Задача выполнена: ненавистного даэйгора больше нет, можно показать свой истинный облик. Клан зверствовал лет десять, и уже собирался чуть ли не перекинуться на Запад, поэтому я попросил несколько криккенёров попытаться выключить «защиту» дальше Эрвуа. Но опять встреваешь ты, и уже всё портишь. Убиваешь мой отряд. «Защита» не отключена, однако клан насторожился и снова притих. Ждёт твоего возвращения… но не дожидается. И опять начинает зверствовать, на что мне в какой уже раз приходится выставить криккенёров во всех городах. Забавно, что они считали тебя врагом, моей правой дланью, в то время как тобой просто напросто руководило чувство любви к человечеству. Это искреннее чувство было непонятно им, в то время ты не могу понять клан, что им движет корысть и ненависть. И посему каждый сделал для себя неверные выводы. Что-то я слишком много говорю, не находишь, Риан? Может, ты чего-нибудь сказажешь?
Но не могу. Чувствую, как челюсть падает до земли…
-Это… правда? – только и могу прошептать.
-А почему бы этому не быть правдой? Такова нынешняя ситуация, -спокойно говорит Феликс, снова садясь на корточки. – Я всегда был и буду на стороне людей. Знаешь ли, мне неприятны даэйгоры были ещё при жизни. Была этому одна причина… - он затихает. – Но знаешь ли, ты не подумай, что даэйгоры – такие злодеи. Лишь клан – шайка расистов. Для них мы – трупы, а трупы лежат в могилах, люди – раса низшая, не достойна существования. Смешно это слышать от… - бывший предводитель едва не высказывается, но вовремя затыкает рот, - едва ли не сказанул чего лишнего. Остальные же даэйгоры делятся на «человекоподобных», которые на стороне людей, и «металлоплотных», которые соответственно против. Не трудно угадать, к какой категории принадлежишь ты. Среди криккенёров тоже не всё гладко. Повторяюсь, я всегда на стороне людей и пытаюсь убедить всех двоеликомёртвых в том, что люди – наши родственники, наши друзья, им необходима защита. Но не все меня слушают, ярчайший пример: Блоурэн. Не знаю, что она творит, но даже умудрилась поставить эти идиотские аэйровийские изобретеньица на Востоке и Юге. Но это всё дело заперло многих криккенёров, и как снять – никто не знал. Благо у нас есть хотя бы один двоеликомёртвый, прошедший обряд, который и вырубил эту нивизинщину. Так, к чему я это всё клоню? А к тому, что не все криккенёры тоже являются такими белыми и пушистыми. Я ведь многое видел, и всегда криккенёры противостояли даэйгорам. Только вот цели у всех в разное время были разными. Странно звучит, не правда ли? Но, неважно. Посему я это противостояние назвал так. Мёртвая душа. Мёртвая рука. Почему именно мёртвые? Я могу объяснить. Мёртвые лежат в могиле, в большинстве случаев, а значит, они уже ничего не делают и сделать не могут. Так и криккенёры с даэйгорами, в отличие от людей, они крушат, громят, воюют- в общем, ничего хорошего не делают. Поэтому и мёртвые. Люди делают что-то двумя руками. В большинстве случаев, здоровые люди. А даэйгоры с криккенёрами всё кое-как, то есть одной рукой. Отсюда – мёртвая рука. Хорошо, когда кто-то делает что-то хорошее хотя бы одной рукой… но совсем дело пропащее, когда не рука мёртвая, а душа. Это значит, что в криккенёрах или даэйгорах не осталось ничего человеческого, одна лишь мерзость. Вот и получается, что мёртвая душа – это негодяи, а мёртвая рука- тоже негодяи, но которые пытаются хотя бы что-то поменять в лучшую сторону. Мёртвая рука всегда конфликтовала с мёртвой душой. Но кто мёртвая рука, а кто мёртвая душа? Всё это зависит от времени и мировоззрения. В данном случае, даэйгоры – мёртвая душа, а криккенёры- мёртвая рука. Я просто хочу сказать, что двоеликомёртвые с металлоплотными всегда меняли свой взгляд на вещи. Бывало даэйгоры защищали людей от криккенёров, а бывало и наоборот. Как сейчас. Если ты хотел быть в клане, Риан, и при этом помогать людям, тебе надо было родиться лет так сто пятьдесят назад. Да, признаю, мои криккенёры часто выходили из подчинения, и мне было сложно справиться с ними, приходилось просить поддержки у даэйгоров…. Однако всё-таки у металлоплотных больше повода не любить людей, нежели у двоеликомёртвым, которым порой всё равно, - Феликс тупо смотрит в землю. – Что-то я много говорю, - а затем поднимает голову. – Да, Риан, не смотри на меня так. Я говорю правду, и лучше всех знаю ситуацию. Люди всегда были некой разменной монетой у даэйгоров и криккенёров. Однако, это самая совершенная раса: ведь они творят, они строят, они воздвигают. Поэтому они – живые руки и живая душа. А мы… - хмыкает, - всего лишь пародия на людей.
-То есть получается, что я был… не на той стороне? – задаю вопрос, пытаюсь разложить в голове всё по полочкам. Но до сих пор не могу в это поверить и принять. Голова кружится, а происходящее напоминает сон. – Всё… это время?
-Получается, что так, Риан. И при этом у тебя получилось настроить против себя даэйгоров за то, что ты помогаешь людям, и криккенёров, потому что ты их убиваешь. Причём ты так постарался, что я столько даэйгоров не уложил за всё свое существование, поверь, - и Феликс даже начинает хохотать.
-А… был в клане…кто-то, кто…помогал людям? – отчаянно спрашиваю я.
-Нет.
-Даже… Александр?
-Даже он, - равнодушно отвечает бывший предводитель. – Хотя совесть у него всё-таки была. Ты заставил к ней воззвать. И Александр уже, чувствуя конец, всё-таки постепенно стал отходить от дел, и переехал в Астрал. Ему уже скорей всего под шестьдесят стукнуло, у, пройдоха.
Я даже отступаю на шаг. Александр… был против людей?! Как… такое вообще возможно?! Это…не реальность… это выдумки…
А если подумать? То Феликс прав. Я ведь давно мог вывести клан на чистую воду. Мне всегда казались поступки клана странными: почему меня выгнали, когда я наоборот спас Эмильеру, почему никто не обрадовался тому, что я вырубил тот механизм? И было много-много мелочей. Да, потому что клан был для меня смыслом жизни, потому что мне нравилась эта работа безумно, потому что я спасал людей, и душа только этого и требовала! А теперь оказывается я помогал «мёртвой душе»…. «Человекоподобный» даэйгор…. Я идиот. Наивный и глупый. Как я мог так ошибиться? Был на стороне тех, кто ненавидит людей, но в тоже время людям помогал. Я действительно редкий кадр…
И оно всё-таки настигло меня. Это…суровое разочарование в жизни…
-Я… не верю, - бормочу про себя.
-Можешь не верить, однако наши даэйгоры где-то задерживаются. Странно. Обычно в это время появляются, - и Феликс обнажает меч, а потом оборачивается к Лине. – Ты я смотрю совсем неразговорчива.
-Мне нужно было послушаться вас, - говорит Кордилина равнодушно, но в её голосе присутствуют нотки сожаления. – Вы, все, ведь ко мне хорошо относились. Не попрекали в чём-то, наоборот хотели помочь. А я вас предала. Иначе это никак не назовёшь. Убивала криккенёров…
-Что же поделать, Роузвэн. Главное, что ты осознала, что делаешь. Хотя жалко, что тогда ты не послушалась. Искренне жаль. Но в любом случае, может, это и к лучшему. Души убитых тобой криккенёров наконец-то обрели покой… - Феликс смотрит по сторонам. – Да где же они? Неужели я тут зря засаду готовил? Ну, ладно. Так уж и быть, подожду, - бывший предводитель ставит меч на землю остриём вниз и опирается на эфес.
И похоже начинается всё самое интересное…. Над площадью появляются серые дымки. Среди них есть также голубого цвета. Алла. Из укрытия тут же появляются криккенёры, Феликс готовится к битве. Лина подходит к бывшему предводителю, и начинает что-то делать рукой. Начинается бой. Жестокий…. Даэйгоры сражаются на мечах, среди криккенёров же есть также и маги. Двоеликомёртвые атакуют быстро, но металлоплотные ловко уклоняются, перемещаясь в пространстве. Только и видны серые вспышки. Причём все даэйгоры в своём истинном облике, а криккенёры в своём. Сражение напоминает полотно великого художника. Так и надо назвать: «Мёртвая рука. Мёртвая душа.»
Я чувствую, что ноги не держат меня, поэтому падаю на колени. Вот и всё. Я разобрался с кланом. Узнал, кто они такие. Но что дальше? Что я буду делать-то потом? Пойду к криккенёрам? Нет… они хоть и на стороне людей, но они сами по себе мне… противны. Феликс прав, в даэйгорах природой заложена ненависть к двоеликомёртвым. И всё, что я делал, было ошибкой. Всё. С тобой момента, когда я вступил в этот проклятый клан, когда мне было пятнадцать лет…
Я смотрю на битву, и в голове словно пустота. В душе тоже пустота. Наблюдаю за Феликсом. Он действует так быстро, снося всех со своего пути, даэйгоры не успевают к нему даже приблизиться, как падают замертво. Но, когда на пути бывшего предводителя, встаёт лидер даэйгоров – Мельш, то бой затягивается. Однако Мельш фехтует куда хуже Феликса, он может только парировать и рычать:
-Зачем сдались вам эти люди? Зачем их защищать?
-Зачем вы убиваете людей? Что они вам сделали? Встречные вопросы, - отвечает бывший предводитель криккенёров, атакуя всё быстрее и быстрее.
-Люди не достойны существования.
-Мой язык не настолько остёр на всякие заумные фразы, но знаешь, люди куда выше стоят даэйгоров и криккенёров, если ты не знал. У нас есть сила, а люди не имея этой чудовищной силы способны сделать то, что даже не под силу металлоплотным и двоеликомёртвым. К тому же вы на них нападаете. Кто-то же должен быть хорошим мальчиком, который всех спасёт, разве не так? – и с этими словами Феликс вонзает меч в Мельша.
-Я ведь ещё могу выжить, - усмехается лидер даэйгоров.
-Лишь мучительно умереть, - предводитель криккенёров ещё несколько раз протыкает Мельша, а тот падает на землю, кряхтя и проклинаявсё на свете.
Это убавляет боевой дух металлоплотных. Некоторые из них даже в растерянности, чем и пользуются криккенёры. Однако даэйгоры быстро приходят в себя, и все те, кто получил смертельные ранения, снова встают и воюют до тех пор, пока они окончательно не испускают последнее дыхание. С одной стороны это похвально, но с другой то, за что они сражаются…. Мне становится противно. Сама раса даэйгоров и то, что я к ней принадлежу.
И тут я больше не могу бездействовать. Я встаю и выхватываю меч. Пустоту заполняет ярость. Ярость на клан за то, что они меня дурили, ярость на себя за то, что был таким дурачком. И казалось, что сейчас сердце выпрыгнет из груди, казалось, что сейчас задохнусь от собственной злости, и рык сам раздаётся, когда срываюсь с места.
Алла поваливает Лину на землю и замахивается для удара, однако Кордилина успевает поставить барьер, и кривой клинок едва не вылетает из рук даэйгорки, столкнувшись с невидимой стеной. Лина посылает в сторону Аллы насекомых и поднимается, убрав свою защиту. Даэйгорка быстро перемещается в пространстве. И голубоватый дымок появляется прямо за спиной Лины…
-Не смей! – словно лев, кричу я, боком опрокидывая Аллу на землю. Та лишь растерянно смотрит на меня своими даэйгорскими бело-чёрными глазами:
-Аллариан… ты вернулся, - едва говорит она и начинает пятиться. А я приближаться. – Это…не то, что ты подумал…. В смысле… я, понимаю, мы не особо ладили… раньше… но это же… ведь не повод…да?
-Тебя ждёт долгая и мучительная смерть, как и полагается даэйгору, - зло рычу я, взмахивая мечом и тут же опуская его на Аллу. Мной уже ничего не управляет, одна лишь беспощадная и тупая ярость, я лишь ожесточённо наношу удар, за ударом, удар, за ударом, мне хочется первого попавшегося кланового даэйгора раскромсать на кусочки….
Пока не остываю и не понимаю, что бью по камню, и металлоплотная давно успела смотаться.
Лина прижимается ко мне, а я не могу говорить уже спокойно, поэтому рявкаю:
-Только пусть кто-нибудь ещё попробует подойти к тебе. Я зол…
-Аллар… спокойно, ты сейчас в состоянии аффекта, наделаешь глупостей, - пытается успокоить меня Лина. Но я её хоть и слышу, однако не могу контролировать себя. Злость управляет мной.
-Они все получат… сполна. Хватит!
-Аллар… ты не монстр.
-Нет, я чудовище! Металлоплотный монстр! И я сейчас кого угодно в клочья порву, если кто-то даже заикнётся о том, чтобы напасть на нас! Мне нужна кровь…
-А вот и наш «изобретатель», - слышу за спиной. Изобретатель? Ко мне, что ли обращаются? – Наконец-то объявился, а то я даже забыл о твоём существовании. Ты так долго скрывался от меня. Это же даже смешно. В конце концов, ты же ведь не баба. Но всё-таки мы наконец-то встретились. Кордилина-Розвэнэри уже успела пообщаться со мной. Однако тебя в любом случае необходимо уничтожить. Уж много ты дел «хороших» совершил, «изобретатель». Другим тебя не остановить, может, это получится у меня. Ты ведь одержим своей губительной идеей, не хочешь слышать доводов. От тебя одни беды и катаклизмы, и тебе всё мало. Ты всегда хочешь свою идею утвердить. Причём делаешь это так настойчиво, и так разрушительно. Ты всех нас погубишь в своих стремлениях, что-то доказать. И поэтому ты должен умереть.
-Кто ты? – не оборачиваясь спрашиваю я, крепче сжимая меч, готовясь изрубить этого «оратора» в капусту. Правда, я не очень понимаю, о чём идёт речь. Какой ещё такой «изобретатель», что за идея, почему из-за меня одни беды и катаклизмы?
-Джон. Это ведь я обвинил Розвэнэри в предательстве, это я всегда строил козни против тебя, это я давно тебя искал. И наконец-то нашёл. Теперь я должен убить тебя.
- Тебе не следовало вообще что-то вякать, - тихо произношу я, шипя, и оборачиваюсь с занесённым мечом.
У меня есть только секунда, чтобы рассмотреть своего противника. Темноволосый, смуглый мужчина, в блестящих доспехах и жёлтым шарфом.
-Ты… не тот Аллариан, - неожиданно растерянно произносит Джон.
Но, увы, выяснить у этого предателя, почему я «не тот Аллариан», уже не удастся, ибо я опускаю меч, разрубающий Джона пополам.
Человечек, также известный как Розен.
Здесь была сверхмегасуперпупернуоченьумная цитата. И картинка красивая))
Сообщение отредактировал Вероника - Пн, 05.12.2011, 20:26 |
| |
|
|
| ТихонН [ Offline ] | Дата: Чт, 08.12.2011, 13:08 | Сообщение # 414 |
|
Полосатый Дипломат :)
Пользователь №: 100
|
| Я никогда не против распространения баек про пати с сохранением моего авторства и с сылкой на этот сайт. Ну и конечно известите автора где размещаете всегда интересно читать отклики и рецензии на свое творчество
Покас егодня ехал на работу придумалось начало новой байки. запишу покак не забыл. потом если что переделаю.
Пророчество.
Маг несся к аукциону сломя голову на бешенной скорости, сметая со своего пути торговых котов, зазевавшихся тигров и нерасторопных петов. Прохожих ударной волной от скорости его передвижения кидало в каналы или расплющивало о древние стены. Узнавший было старого клиента Вэй, ринувшийся за ежедневной подачкой, был даже не замечен, сметен в сторону и даже ненароком получил посохом по голове. Маг ничего не замечал - ему сообщили что в продажу поступил ценный экземпляр новой книги о метафизике астрала в свете теории волновых скачков в измененной магией температурных амплитуд водной среде. Такое нельзя было пропустить! Главно успеть ее купить раньше конкурентов! Еще пара минут безумной гонки и вот заветный аук и некупленная никем книга! Ваууу! Маг дрожащими руками расплатился (став первым и единственным покупателем этой книги на сервере за все века его существования) и через секунды уже сгинул для мира и пати, отдавшись увлекательному чтению толстенной томины в укромном месте на берегу одного из каналов ГД. Все мимолетнее он уже забыл. Но оскорбленный в своих лучших чувствах Вей, потирающий ушиб от посоха, ничего не забывал. Что и послужило причиной многих горестных событий в самом ближайшем будущем.
О преимуществе заброшенных северных городов на скверно нарисованных древних картах.Добавлено (08.12.2011, 13:08)
---------------------------------------------
 у меня есть карта с крестиком!
 подумаешь, у моей бабушки куча полотенец с крестиками, вышивала она так
 не, вы чё не врубаетесь?! крестик на карте - этож верноесокровище!
 или старый скотомогильник с пометкой не копать или от чумки помрете
 ну вы балин пессимисты, помру я не от чумки а от вашего пофигизма перед прекрасным ликом мира
 карочь, чумка или нет, с вами или без, но там уже к вечеру будет огромная ямища!
 угу-угу, ты наверно дажев скальной породе прорываешь шахту в полкилометра за пару часов
 да уж, представляю себе сида-землекопа
 да ну вас всех
 тигра, ты где там?! айда копать!
 счас поем и готов куда угодно
 я пророчу многие лишения
 с чего бы это?
 ну к примеру того что лукарь просто читать то почти не умеет а уж читать карты - хехе
 есть такое( но по карте же наверно элементарно съориентироваться, да веть?
 конечно элементарно!
особенно когда, как на твоем экземпляре все пометки сделаны великолепным древнейшим кафгари
обожаю этот язык давно вымершей расы, жаль что его понимают лишь пара человек и один эльф
чот я сомневаюсь что этот эльф и наш лукарь одна и та же морда
 блин как все сложно
ах да, учтите что за тысячелетия изменилась земная ось и север древних вовсе не не наш север
 бред какой то
и вообще кафгари ориентировали карты не по сторонам света а по направлениям нас вои священные города
ну это же круто!
правда местоположения этих городов давно утеряно и никому не известно
 я балин выучу некромантию и узнаю!
 лукарь меня уже определенно пугает
ну он по крайней мере выучил слово некромантия - офигенный прогресс для отдельного сида
 а если я скажу "э,й древние дохлики, явитесь!" они же появятся да?
 УУУУУ! я дух древнего кафгари, скажу все тайны за ящик тушонки!
тигра, кончай прикалываться и верни простынку на место!
чем только не займутся члены пати, чтобы в хх не ходить
та там же клады, то есть то же что и хх но на халяву!
 халява! халява! халявище!!!!!
 а можно мне халяву пря сейчас а?
меняю одну халяву на сто ям - на, держи лопату!
так это и не халява получается(
(внезапно понимает что кладом кафгари может быть не банальное ненужное золото,а куча книг)
я понял что лукарь был прав - надо искать клад по карте!
 я верил в твой разум, патилидер! веди!
а я верил в здравый смысл и пролетел
босс сказал на север с лопатами - значит все на север с лопатами!
отстающих прситреливаем! Го-го!
Сообщение отредактировал ТихонН - Ср, 07.12.2011, 12:05 |
| |
|
|
| Вероника [ Offline ] | Дата: Чт, 08.12.2011, 20:48 | Сообщение # 415 |
|
| Ух, ты...как я эту байку сначала не заметила Как всегда смешно и интересно Где только пати не побыла Но всё же хотелось бы дочитать до конца предыдущую байку Интересно, чем дело-то всё-таки закончится
Можно я немного лишнего текста вставлю перед главой? Просто хочется немного сказать о предыдущей главе. Честно говоря, когда мои даэйгорчики стали в миг негодями, это было потрясением не только для гг, но и для меня тоже, как ни странно, когда я набирала первый раз это всё дело . Ведь в голове по сюжету, мертвецы всегда были персонажами отрицательными( да, не обидятся криккенёры за то, что я их так называю ) , и даже первоначально назывались демонами( отсюда рожки да крылья... ) Но когда я всерьёз взялась за дело, и начала печатать, это было для меня шоком... Рука словно не слушалась, взяла и сама напечатала это всё дело... бгг))) Мистика( И мне сразу же этот вариант понравился, правда немного странно тогда выходило: мои "демоны" в первой части негодяи, в начале второй, а под конец неожиданно выяснялось, что они вполне положительные персонажи...как-то странно получалось . Но сейчас, уже зная, кто негодяй, а кто хороший  , даже было как-то странно всё это дело переписывать.... Правда я постаралась сделать криккенёров не шибко такими белыми и пушистыми, а даэйгоров не такими уж и злодейскими злодеями. Надеюсь, получилось Но всё же мертвецы правильнее будут полутерминаторов(да, не обидятся даэйгоры)))
А до этой главы я давно хотела добраться... Тут появляется новый персонаж, который в черновиках третьей части является основным действующим лицом. И так не терпелось приступить к тому, чтобы его маленечко подправить, как и внешне, так и расу сменить( а то был обычным призраком. Но потом подумала, на фиг мне приведения сдались, у меня и другие тараканы долговечные есть )
Заранее извиняюсь за речь нового персонажа... когда я её печатала, она съела весь мой мозг
Глава 14. Привет из далёкого прошлого.
Стою несколько минут и выдыхаю пар. Злость постепенно улетучивается и испаряется, я прихожу, не спеша в себя. И понимаю абсурдность происходящего. После того, что я только что сделал, я должен был быть, минимум, облит даэйгорской кровью, кишками, селезёнкой и прочей гадостью.
Но я… чист. И с ужасом смотрю на то, что было Джоном.
Он… не даэйгор. И даже не человек и не криккенёр! Он…он…
Даже не знаю, как это назвать. Передо мной валяются осколки фарфоровой посуды и хрустальных изысканных стаканов, всякие дорогие серебряные гравированные вилки, ложки и ножики, серебряные графины и кубки, даже оправа очков, стальной подсвечник, остатки песочных часов, подзорная труба, пепельница, табакерка, золотой портсигар – всего не перечислишь! И…неужели это действительно Джон?! Он всего лишь навсего…. сборник этого хлама?! Причём очень дорого хлама.
Чувствую, как опять челюсть падает до земли. Если сказать, что я удивлён, значит ничего не сказать.
Я растерянно смотрю по сторонам. Мне кажется, что сегодня не день, а невесть что, больная выдумка психа. Мало того, что Джон оказался непонятным ходячим и говорящим хламом, так ещё и все застыли на месте! Причём даже листик на ветру словно завис, любую пылинку можно рассмотреть, даже брызги крови висят бездвижно в воздухе. Всё застыло. Можно к каждому подойти и рассмотреть лицо, что на нём написано, можно увидеть, кто-то что собирается сделать. Например один даэйгор замахнулся, и его меч в пару сантиметрах от груди криккенёра. Не трудно догадаться, что последний обречён. Неужели, Лина применила магию времени?
Я начинаю её искать. И нахожу. Она стоит в метре от меня, наполовину развернувшись, её губы слегка приоткрыты, словно она собирается что-то сказать. Она также стоит, не шелохнувшись. Нет, остановила время не она. Но.. тогда кто?
Я в растерянности начинаю ворошить мечом всё то, что выпало из Джона. И нахожу кусок фарфора, на котором выведено чем-то чёрным вот это.
И не могу понять, что это за символы. Это не на языке королевств, очевидно, но и не аэйровийский, сколько символов я видел, и ни один не похож. Тогда, что же …это за письмена? Может, кто-то решил что-то зашифровать? Вполне возможно.
И тут снова вспоминаю слова Джона. Он нёс какой-то бред про то, что я чуть ли не разрушитель во плоти. А когда увидел меня, заявил, что я не тот Аллариан. Что он имел ввиду? В любом случае, сейчас мне это, к сожалению, не узнать.
-Бхгаво, бхгаво. Жагхо, што Джгон нагшёл тгебя, а нге менхя, - говорит кто-то глухим голосом. И этот кто-то у меня за спиной.
Сначала не могу понять смысла фразы. Неужели аэйровийский?! А потом до меня доходит… Это кто-то сказал вот что: «Браво, браво. Жалко, что Джон нашёл тебя, а не меня.» Причём так криво, так небрежно, вставляя в каждое слово «х» или «г». Слово говорил с…акцентом!
Стоп. С каким ещё акцентом?! В Кристалье два языка: королевств и аэйровийский. Но на аэйровийском никто не говорит, лишь творят заклинания! Или получается…есть ещё и третий язык?!
Так. Хватит с меня сегодня потрясений. Происходящее настолько абсурдно и напоминает больше сон, нежели реальность. Я на всякий случай протираю глаза, и оборачиваюсь.
Вижу перед собой худого, нет худощавого мужчину, больше напоминающего скелет, обтянутый костями, лицо больше напоминает голый череп, куда вставили два неестественно ярких зелёных глаз. И неожиданно… они меняют цвет. Радужка правого глаза становится голубой, а вот левый глаз чисто белым. Я вздрагиваю. У же меня такие глаза…. Только вот взгляд не такой наивный и детский, верящий в добро и мир во всём мире. Подождите… мне кажется, или я уже видел похожий взгляд?
На мужчине одеты тёмно-коричневые штаны, плохо мнущиеся, яркая рубашка бирюзового цвета, наверх накинут чёрный, свисающий плащ, воротник которого подвязан серо-красно-жёлтым шарфом. Очевидно, это маг. Причём искажения пространства, исцеления и времени. Теперь понятно, кто тут мог происходящее остановить.
Сколько лет незнакомцу я определить не могу. С виду можно дать сорок, но голову покрывают седые длинные вьющиеся волосы, собранные в хвост. Лишь на макушке осталось несколько рыжих прядей, да и брови тоже медного цвета. Всё лицо незнакомца покрыто забавными веснушками, а цвет кожи какой-то неестественный, зеленоватый, а под глазами чёрные круги. Словно он не спал, не ел ничего и не пил, неделями. Странный тип. И ещё на щеке у него вырезано это.
Символ Аэйровийского королевства…. Что это значит?
Кроме того, из правого рукава торчит обтянутая кожей зеленоватого цвета кисть руки. А вот левый пуст… словно руку обрубили.
-Кто ты? – спрашиваю его.
-Всегхо лигшь набьюгдатель, готорый лгишь слегдит зга тхем, што проигсходит ф гмире. Мгоя песенга спетга дафно, - мне кажется, или, когда этот незнакомец говорит, то язык слегка прикусывает, а иногда и приподнимает вверх, к верхней челюсти, поэтому и получается так странно? Но… зачем такие заморочки? Неужели и в правду говорит с сильным акцентом?! Быть не может. Честно говоря, понять незнакомца удаётся с трудом.
-Но всё же… кто ты?
-Хто я? – усмехается неправдоподобно седовласый. Неужели криккенёр? – Хто я тгакой? Разгве этхо имгхеет знагчения? Мгоё имгя забъыто, дга, и самг я нге хотчу, чтгобы мгеня помгнили.
-Хорошо. С тобой похоже трудно общаться, - думаю, как повернуть разговор в другое русло. – И это ты остановил время?
- Нге совсхем. Вхгемя самгхо остаггновилосьх, кгогда тхы униггтожхил механзгмы, - и незнакомец указывает пальцем на тот хлам. – Я, гхоть и гмаг, нго, чтхобы меняггхать вгемя, нхадо имегть в нагличие дхве ругхки, гхе-гхе, - и он демонстрирует обрубок левой руки. Я невольно сглатываю.
-И когда… время снова вернётся?
-Дхолжно пройгти гкакое-то вхемя, - седовласый подходит к «трупу» Джона и начинает ворошить многочисленные вещи. – Я нге помгню. Што гже я дхелал, кгохта тхебя собиггал? – он начинает обращаться к этому хламу. – Тхы мгой пегвый изобхретениег. Схконцтруигован изг подхручных матегьялов, а разгум дхан мхагией, гкак и вгнешня оболхочка. Мгой разгиваюгщийся дгуг. Совгсем пхог я стхал. Стаггость згнаешь лхи нге в радохсть. Нге помхню, - пожимает плечами незнакомец. – Дгафно вгемя быго. Нго сгого должгно пройтхи. Или нге сгого… - он поднимается с колен и смотрит прямо на меня. – Хжалко, чгто тгы ехо разгрушил. А ведьх этго памяхть.
-К сожалению, вернуть я его уже больше не могу, - отвечаю зло. Честно говоря, хоть этот незнакомец весьма странен. Да не весьма, а не то слово! Однако мне он почему-то перестаёт нравится.
-Гхе- гхе, - отвечает равнодушным смешком седовласый. Точно криккенёр. И он начинает собирать Джона, приговария. Тьфу, приговаривая, это «гхыканье» заразительно. И при этом этот странный незнакомец приговаривает: « Нгу, этхо с штем присоеггиняетхся?»
- У тебя на щеке… вырезан символ Аэйровии, - почему-то снова начинаю говорить с седовласым. Он оборачивается, и его глаза неожиданно снова меняют цвет. Уже на алый, а затем на ярко-зелёный, - к чему это вообще?
-Тгак и будхем везгхти диаггог? Тгы – вопгос, я – отхвет? Нгу, дха ладнхо, я нге протиф. Тхы спрагшиваешь, пхочему эхот симгвол выеггзан нга щекхе? – и он проводит по шраму. – Стганный вопгос. А мгожет и нгет. Я любхю побофтать, нге обгащай вхнимания. Пхочему сгимвол рыеггзан, спгашивает онх. Фсё пгросто. Этхо мгой симгвол, вхот я, кхохта быф тохго, - он крутит пальцем у виска и свистит, - вгзял нхожик и выеггзал. Дхумал, хогошая идхея. Нго я придхумал нговый пхотом.
И он делает вид, что стряхивает пылинки, и в воздухе постепенно появляется такой символ светлого зелёно-синего цвета.
Я от неожиданности отступаю на шаг и поражённо спрашиваю:
-Так ты тот… кто создал Аэйровию? Быть такого не может!
-Пхочему нге мгожет? – пожимает плечами незнакомец. – Я григгенёр, одхин из самгых дхевних. Мгох и загстать этхо вгемя. Мгожно подхгумать, што тхы личхно обгщался с чеговеком, согтавшим Аэговийское корогестфто. Мгежду пхочим, Джхон – мгоё пегвое механизгм. Тгохлько я предхпочитаю скгываться ото фсех. Нго тхакое нге могх пгосто нге пропуститьх. Этхот мгомент.
-Неужели ты тот самый известный… Арилэнке?! – мне кажется, что я перестаю что-либо понимать.
-Аигхэнке? Тхы дегствителхно дхгумаешь, фто мгеня згвать Аигхэнке? Смегшно. И слигхом пгосто. Слигхом пгосто. Вгаши иторигхи гкак вгехда нга «высогхте». Выгкопали дгевнее имгя, вотх и присвоигли хому-попагхо. Я, гконечно, нге хто-пгопало… этхо тгак. Обгазно. Нго есхи бхы мгеня згвали тгак, мхеня бхы нге исхали мгои… нгеторые изобъетения. Я пхятался сгишком хорогшо, чхтобы онхи нашхли мгеня. Сгишком хгорошо. И «онхи» ф кафычгках разгными пхутями дхобивалис этхого. Мгоху пговести одхин из ягчайших примеггов. Кхогда в эгтот мирх попхала Эмильега, изгвестхная тагже гкак Магша, тхо «онхи» пхопыталис испогзовать её. Помогхали, нагшли Орхтег-Шипг…. Вгот загазы. Гхогда я сохгдавал свои штугкенцийх, тхо нге учхёл одхну вагжную дгеталь – тхёзки. Вгеть, хто згнает, чгто пригтёт родихтелям в гогову, и гхакие таракханы тхам сидгят. Хготя, есги чесхно, тхо рассгеивали иллюхзию «онхи» нге тхолько рагти тхого, чтхобы помогчь Эмильеге. У «нхих» бгыли сгвои пхланы. Нго я нге сгобираюсьх тхебя посхвящать в эхти пханы. Бгедные изобъетения. Вгеть «онхи» понгадеялись на Эмильегу, хоторая гмогла скафать игм гмоё имгя. Нго онха вгадеет пхохо сгвоим даггом. И, нагевное, забхыла об этгой пхосьбе. Пхосему «онхи» нагшли дхгухой пгуть. Бхолее действегный. Онхи нагшёл гмой механзгма. Онг хбыл отклюгчен. А «онхи» егхо вклюгчили. Нгемного лгирихи. Пхизнать чегно, я нге бхыл здхоров. Психигески. Псгих – одхним сговом. И пегед техм, гкаг мхеня убиги, я регшил «поихраться». Смехнил згадачи сгвоему мегзанизма, - и он снова указывает на остатки Джона. – И выгхлючил. Тхолько гхотел разхдолбать егхо сгвоей маггъей, гкак мхеня нхе стаго. А Дхон бгыл выкъючен. Нго когхта «онхи» егхо ахтивирофали, то Дхон сгазу пхошёл исгкать мхеня, затхем, чтхобы убхить. Нго нгашёл тхёзку. И позхно пхонял этхо.
-Подожди, подожди, - я протираю глаза. – Ты хочешь сказать, что тебя зовут… Алларианом?!
-Истигно пхавильно. Аллагхриан. Кмгм… Подохти. Гхочу схазать бхолее рогно. – и он набирает воздуха в лёгкие и пытается не прислонять не прикусывать язык, но всё-таки можно было услышать едва уловимое «г» и «к». – Аллариан Алари, создатель Аэйговии. Вот хто я.
-Кто?!
-Аллагхриан Агхари. Тхо естьг.. кхмг… Аллариан Алари. Изгвини зга этхот угасный акхцент.
-А…Алари? – тупо переспрашиваю.
-Эгх есгхи бхы тгвой отгец нге сменхил фагмилию, - а потом незанкомец…. точнее Аллариан… откашливается. – Хочу сказать, што есги бы твой отегц нге смнеил фамигию нга Аларинов, а ты егщё не получил пгиставку «Вэгтэйнедж», тхо бгыли вообще не тхолько наши имена одинагховыми, но и фамг…фамилии, вхот. Рход Алагри оскорблён. Что сотворили с фамилией, што согтворили….
-Надеюсь, мы не родственники, а всего лишь однофамильцы… - бормочу я.
-Надеяться нге вгедно. И чего тхак зго? Ух ты. Постепеггно всхоминаю, как говорить на этом языке. Тхочнее слова помню…. Нхо с произгношением бедха. И Изгвиняюсь, есги повторяюсь. Просто… плоховато всё-так помхню. Дхавно ни с кем не обгщался пгосто. Ну не важхно. Кхакая же у тебя кислая рогжа. Нге бойся, у меня нге было детей. Гкакг этхо сгожно жге нга Вахшем языгке говорить бгез ахцента. Тхак, што я тхам говогил? А нгу, дха. Тхы родствегник нге совгсем пгямой. Тхак. Пхемянник. Нгу, есхи схазать грубо, тхо я – тгвой дагний-дагний- очхень дагний дядъя. Нго есхи бхы существогала Аэйгавия, тхо я мгой тхрон завещаг бы тхебе. Нгу, и перекосиго жге тхвою рогжу…. Што? Тогже ненагвидешь всгё аэйговийское?
-А за что мне, собственно, любить? Сделала ли твоя Аэйровия кого-нибудь счастливым? Я-то раньше думал, что единственное, что сделал полезное тот, кто эту всё ерунду сконструировал- это «защита». Но теперь я даже сомневаюсь в её полезности. Почему, когда происходит что-то из ряда вон происходящее, то это связано с использованием аэйровийских приборов? Почему, когда где-то неприятности, то виновата во всём Аэйровия, почему я не мог управлять собой около полутора года?! Почему недавно, переместившись в Южне, я снова попадаю в аэйровийскую ловушку?! Знаешь ли твои изобретения как капканы, который расставлены по всему Кри…
-Этхо я нге раз слыхшал, - перебивает меня Аллариан. – И тхы нге перхвый, хто этго говорит. Дха, сдегал я, нго нге я применхял. Вг концхе конхцов этхого тггебовала мояг душа. И я нге сообгажал, што дхелаю. Этхо единственгое мгоё оправгдание. Нхо этго быги МХОИ изобъетения. Я пригожил массу сил, што бхы их негзя бхыло испольгзовать. Придгумал этхот идиотгский языг – аэйговийский, кхоторый и самг нге зхнаю. Этхо мге и нге нужгно, ведьх этхо МХОИ мезанзгма, и я пгосто имхи упгавляю, в тхо вгемя, гкак дгугие мучхаются с этхим аэйговийским. И дхаже постафил тхакую систегму: именха. Но хто згнал, што появягтся тхёзки? Пхо крайгней мегхе я нге зхнал. И ужх нхикак нге ожхидал, што хто-то бхудет назгван мхоим имхенем, вгедь, мгеня тхак назгвал Сигверин… кхе-кхе… Сильверин, мой папаша. В чхесть мгоей мгамы … сгчас…. Алари Анны. Есгхи убхать дгве посгледние бугвы, пхолучится « Алариан», прибагвить «л», пхолучается Аллагриан. Тхо есть… Аллариан. Пхо этхому мхоё имгя и фамфилия созгвучны. Пхавда мхоя мхамашка гкем тхолько нге бхыла. Нге тольхо Алагри: онха разгвелась с мхоим отцом, кхогда мге испофнился гход. И вгышла пхять разг зхамуж, этхо точгно. Вхот разгвязница, а… Нго што-то я ушгёл софсем нге тхуда. Тагх вхот. Однахо вгё равгно нафли въыход, засганцы. Нго в конхце концхов их жгёт нге самгый приятхный сююприз, - и при этом Аллариан начинает как-то нехорошо улыбаться. – Вхедь у всего ехсть сгвоя цхена. Чхо егщё мхогу схказать? А естьх што, вгедь я, навегное, нескогхо схотен лхет нге гховорил нги с кхем. Нхичего и егщё помогчу стольгхо. Егщё мхогу добавхить, што посге смегхти, я нге нхичего нхе не изобъетал. Пхотому нге бхыло дхуши. Пхытался, нго ничехо нге выхогило…. – и седовласый замолкает и смотрит в небо. Глаза его снова становятся кислотно-зелёными, а взгляд таким по-детски наивным….И всё равно мне этот взгляд знаком.
-Кстати… то, как ты говоришь… - пытаюсь объяснить. – Это ведь акцент?
-Дха.
-А…что это за язык? Это… третий язык?
-Гкакой же тхы наивгный. Нгеужели Кристагье настоко отстхал, што тхут всгехо одхин языг? Ну, аэйговийский нге схитаю. Вхидимо, нхаш мхир деггадирует потъионьку…. Дха-а-а. А вгеть бхыло в мгоё вгемя шгесть осгновных языгхов, и мнхого отвъетлений…. Есги их всех погстчитать, тхо могжно погучить свыгше стха пъятидестхи. Гстати дхя астальцев всхе нгаши языги згвучали гкак одхин. И наохборот.
-Ста пятидесяти?! Не верю…
-Нге верь. Тхвоё дхело. Нхо Кристагье загастает мгхом. Я пхохоже егинственный, хто мгожет гвороить нге тольхо на гвашем «языге когорелевстф», гхоторый явъяется всегхо лгишь севэгронский. Я гведь помнхю и сгвой рогдной- ашгватурионский. Тхо егсть… ашкватурионский. Эхг бхыли вгемена…
-Но…как могло такое вообще произойти? – спрашиваю и ничего не понимаю.
-Згначит проигшло. Еслиг бхы кхое-хто нге кговеркал истоигрию, тхо всге вгсё згнали. Я нге гхочу тхебе што-то ховорить. Бхольно вспомигнать. Кгстати… о чхём я гхотел с тхобой поговогить? Агх дха, - и Аллариан что-то достаёт из-за пазухи. – Тхы-тхо вгещи цхенные нге тхеряй-тхо.
Я смотрю на эфес и покореженное лезвие и не могу сначала ничего понять. Эфес, как эфес, вполне обычный, только там выведен символ Аэйровийского королевства. А лезвие словно расплавили, а потом долго отдирали от мостовой.
Подождите-ка…
-Ши Дзинь?! – чувствую как снова захватывает дыхание от радости. Это же мой самый любимы меч! Самый удобный и лёгкий, словно продолжением руки является, честное слово! Жалко, правда, что Ши Дзинь в таком состоянии…
-Магышка Шхи Дгзын. Гжалко, што тхы мгеня тхоже брогосила, - и седовласый начинает говорить и смотреть на то, что осталось от меча. – Нхо мхеч эхот мге дхорог. Дхя тхебя, Ргиан… Нхиче есги тхак бхуду тгебя назыгвать? Тхебе покхажется, што этхо обхычный мечг. Нго этхо тхоже изъобретения. Механизгмы…. Гхотя… схитай, гкаг гхочешь, я нге сохбираюсь што-то говогить. Я вгообще о мхногом помогчу лучхше. Эгх, Шги Дгзын, Шги Дзгын…. Кхогда я ухмер, тхы тгак нге «пегеживала», - ухмыляется Аллариан. – А стхоило Ргиану… прегкращай лхомать комгедию, этхо нге смегхшно, - и он встряхивает несколько раз меч. Причём лезвие начинает меняться на глазах… выпрямляться, делаться острее, пока не принимает нужную форму, и меч уже походит на грозное оружие. Даже и та надпись на аэйровийском на месте. Костя ещё говорил, что там выведено моё имя… ну, не только моё. Вот, кому принадлежит этот меч. – Возгьми, мнхе богьше этха ерунхда нге нугжна. А тхы нагшёл непгохое применхение дгля нхеё, пхо крайнеф лучгше обгащаешься с магышкой, нежгели ях. Таг, што возгьми, - и Аллариан протягивает мне меч.
Я даже с некоторой опаской принимаю подарок. Уже второй раз дарят. Даже странное это как-то. Я с благоговением осматриваю каждую царапинку на мече и блаженствую. Как же давно рука просила снова прикоснуться к этому простенькому, но идеальному эфесу, как же хотелось услышать тот приятный уху свит, когда лезвие рассекает воздух. Делаю несколько приёмов и чувствую себя самым счастливым человеком в Кристалье… даэйгором…
А в это время седовласый рассуждает вслух:
-Гхотя. Этхо могет бытхь пхо огдной причхине. Шги Дзын могфла чуфстфовать, што я стхал григгенёром посхе смегти. А мхои мегханизма устгоены таг, што распозхнают именха, а нге игх обгадатхелей. Имг вхсё рафно, тот лхи Агхриан, ихли тёзхка. Хготя… хады, «онхи» понгяли, што мхогут нагти нге тхого, кхого надхо, поэгтому и начхали стагвить «метхки». Нго нге вхсе изобъетений, а лшишь тхе, гкоторые сгвязаны с мхоим имхенем. Метхка стагфится на лбху и дъаёт вефьма интегесные побочхные эвгекты, гкак, напхример, бегые вогосы. А Шги Дзын «нге вгидит» эти метхки, и поэтхому, гкогда умег дгугой Агхриан, тхо онха подгумала, што мхеня вгсё… богьше нге сугществует. А вхот Дхжон умгеет. Умгел точхнее. Тхы стояг сгзади, этху метхку онх «нге видхел», нго стоигго тгебе повегнуться, таг онх понгял, што пхринял тгебя нге зха тогхо, кхого ожъидал. Нгу, и подхелом ехму. Я давхно самх гхотел разъобрать. Нго согласишьхся, што этхо жестгого? А есхли бхы этхо бгыл даэгог? Бхоюсь, што на мофтовой могжно бхыло литхров дегсять крофи нагчерпать…
-Да… было малость. Просто… я был зол. И вообще. С какой стати я перед тобой оправдываюсь? Перед человек… криккенёром, создавшим Аэйра…
-Кхогда я вгсё созхдавал, тго бхыл чъеговеком, - последнее слово Аллариан выделяет голосом. – Григгенёром жге будухчи, у менхя ничхего нге получхалось. Говогил жхе. Хстати, - он подходит к Феликсу, который стоит, готовясь пырнуть незнакомого мне даэйгора. – Вгемя-то на исходе. Я чухвствую, што вхсё этхо дхело ского закхончится. В смысгле, вгемя вегнётся вх сгвоё обычхное русхло. А покга онхо нге вегнулось, мофно кхое-шего и сболгтнуть. Такг… пго сеъкрету. Згнаешь, хто этхо? – и седовласый показывает на бывшего предводителя криккенёров.
-Ээ…Феликс, глава двоеликомёртвых. Точнее, он раньше ими руководил, - отвечаю я, не понимая подвоха.
-А о нхём што-тхо кгто-тхо згнает? – скрещивает руки на груди Аллариан.
-Ну, может, кому-то что-то и известно, но не мне…
-А мхне вгот вгсё извесхтно, Ргиан. Тхы, кагжетхся, егщё вх начхале бегседы спггашивал, зговут лхи мхеня Аиглэнке… то есть Арилэнке, бхудь неладхен этгот идиотсхкий агцент. Нху, тхак вотг Аиглэнке тхоже жгил, а сегйчас онх пегед тхобой. Пгавда, онх нге особхо лъюбит Аэхгавию, гкак и тхы. – и седовласый показывает на Феликса. – Арилэнке Алари, мгой бгат. Мхладший. Онг единхствегнный изх нхас тгоих, у кхого бхыл ребёног: Агсений Агхари… Арсений Алари, тхо естгь, отх котогого пхо цъепочке и пгодолжался рход. Пхока Евгемхион Агхари нге смегнил фамхилию, а тхы егщё и добхавил «пригставку», поглучилосхь воогбще нгевесть што. Ихными сговами, Феликхс, гкак он сгейчасх сгебя назыгвает, тхвой пга-пга-пга… нгу, есхли я нагзову вгсе «пга», тхо этхо зъаймёт цхелый дхень. И тгы стольхко жхе «пга» егхо внуг. Тхы, навегняка, нхе разг замегчал, што Феликхс каг-тхо пхо-особхому г тгебе отхносится, нхикогда нге гхотел убигвать, а этхо онх бхыл сдхелал давгно, повегь. И дхаже помогх григгенёрки тхебя вегрнуть к жизхни. Он пгосто хгочет, шобы нхаш родх прходолжалхся, нго мнге таг кажетхся, шо посге тхебя нге остагнется нги одхного Агхари. Игли гкак тхам сегйчас? Невагжно, вх охбщем.
-Как…так… Феликс…мой родственник?! – опять отступаю на шаг. Кажется, что сегодня было слишком много потрясений, и всё это просто напросто не могу переварить. Надо обдумать и свыкнуться… постепенно. Словно… ушат ледяной правды вылили на голову. Невероятная встряска. Я лишь могу тупо проговорить. – Не верю…
-Нгу, нге тоглькхо Аигхэнке тхвоя родхня, нго я, гкак бхы тхы этхого нге гхотел. Нху, тгы гхочешь вегь, гхочешь нхет, есхли тгебе пгоще, тхо жигви вх сгвоих илъюзиях, Ргхиан, - и радужка одного глаза Аллариана становится голубой, а второй глаз чистым белым.
И, действительно, время возобновляет свой быстротечный ход. Тот, кто не успел падать, падает, тот кто готовился напасть, делает быстрый взмах, тот кто хотел увернуться, отступает, пыль оседает, а кровь обагряет мостовую.
Феликс всё-таки смертельно ранит даэйгора и застывает, словно видит перед собой призрака:
-А…Агхриан, тхы згесь?!- восклицает бывший предводитель криккенёров, от неожиданности произнеся это с акцентом.
-Пгивет, Ари, - вполне миролюбиво, но переиграно, говорит седовласый, улыбаясь. Его глаза становятся ярко-синими, и такими же наивными и детскими. Теперь я понимаю, где видел уже этот взгляд. У Аллариана и Феликса он абсолютно одинаковый, только глаза разного цвета.
-Аллар… что ты тут делаешь? – уже без акцента спрашивает Феликс, стараясь спрашивать это как можно спокойнее.
-Стхою. Нгеуже лхи мге негзя учафстфовать в схиём дейгствии? Я впохне имгею нга этхо пгаво. Гкак и тхы.
-Просто… тебе так давно не было. Ты, словно исчез… - говорит Феликс, отмахиваясь на ходу от даэйгоров. Нас же с Алларианом обходят стороной….
-Нзадеягся, што мхеня убхил гкакой-нхибуть даэгог? – ухмыляется седовласый.
-Честно говоря, я об этом молился. И чтобы с тобой ушло и всё аэйровийское что ты сделал, изобретатель ты горемычный Аэйровии…
Все как-то притихают и останавливают бой. Прислушиваются. Ведь, с другой стороны, не каждый день видишь человека, который создал самое мощное и разрушительное королевство. Точнее криккенёра. Клинки больше не звенят, и маги не творят свои заклинания. Все притаились, и ждут продолжения. Даже криккенёрам становится интересно. Лина подходит ко мне со словами:
-Тут кто-то применил магию времени. Только кто? И где Джон?
-Джон – вот он, - и я показываю на груду хлам, - это оказался аэйровийский механизм. Причём, самый первый. А применил магию Аллариан.
-Кто? – не понимает Лина.
-Аллариан. Он к тому же создал Аэйровию, да и является братом Феликса. Или же Арилэнке…
Кордилина сначала, наверняка, думает, что я какой-то дурачок, и из-за этого вот потрясения, ума совсем лишился. Однако она молчит и тоже посматривает на бывшего предводителя криккенёров и седоволосого.
-Джон… Мне следовало догадаться, кто такой этот «Джон», я уже надеялся, что никогда с ним не встречусь… - Феликс смотрит сначала на хлам, потом на меня. - Что ты там наговорил Риану? – зло спрашивает бывший предводитель криккенёров у Аллариана.
-Тхы егхо тхоже тгак назыгваеш, мге стоигло дохадаться. Совгсем немгное. Однахко призгнайся, што ты всегхда гхотел избъавиться отх Рианха. Вхедь тхы погшёл нга тхо соггашение с Бхоурэн, згная, што онха примгенит аэйговийскую маггию. И, вохгможно, убъёгт егхо. А онх – помгеха, готорый уничтхтожает тхвоих григгенёром. Ты сдхелал ошибхку, обхучив магчика. Нхо поздхно этхо осогзнал, и регшил испгавить. Нхо, кхогда Риаха нге стаго, тхы погнял, што рогдф Аглари богльше нхет…. И тхы совегшил в тхот ргаз егщё богльшую ошибху. И охпять дхавай испагвляй. Тахк што, тхы нанёсг бхольше вгеда Рианху, хчем я. Я лгишь поговогил.
-Это… не правда.
-Прахвда, прахвда. Я жге видхел вгсё, и хорогшо понимхаю, што тгы дхелаешь. Прагвда, я нге особхо вгмешиваюсь в жизгнь, вгеть я, пхо гсуть, тгуп. Мгожет, нге явхно, нга подгсозгнательном уговне.
-Убирайся отсюда… - тихо шепчет Феликс.
-Тхы сгишгом згол дхаже дхя григгенёра. Што прахвда глагза регжет?
-Возможно, ты отчасти прав…. Скажи, а почему бы мне на тебя не злиться, Аллариан? Мало того, что ты напридумывал, все эти «защиты», «мозгокопатели»и всякую ерунду. Я закрыл также глаза, когда ты поиздевался надо мной. Но когда ты притронулся к Ассертши… и что ты сейчас творишь… Знаешь, за такое трудно вообще-то простить.
-Згнаешь лхи, у мхеня бгольше пховодов тхебя нгенавидеть, вгедь из-за хтебя схал тхаким. Нхо я нге дхержу зла. Наобхорот, этхо отгкрыло мхне нга мгногое гхлаза. Мх-дя. Ассертши… - и при этом глаза Аллариана становятся медно-карими, – егдинственгая, хто поступхал прафильнее всегх. Гхоть и бхыла нге особо заметхной, онга единственгая выбгала прафильный хпуть. Нге тхо, што мгы с тобхой.
-Не обобщай. Тобой было совершено больше всяких «хороших дел», нежели мной.
-Я нге отхицаю этхого, Арилэнке. Одхнако мхы обха этхот пгоцесс запхустили, нхе пгавдо лхи? – Феликс понуро опускает голову, а на лице у седовласого холодное равнодушие. И глаза его опять становятся неестественно ярко-зелёными. – А нгасчёт, кхогда я этхо прегращу... я собигаюсь пофторить. Чегез шехсть лхет.
-Через…шесть лет?! Аллариан, да ты рехнулся совсем, тронулся умом окончательно! Тебе мало Аэйравии, да?! – неожиданно Феликс начинает орать на всю улицу. – Ну, почему никто не может нормально всё разрешить?! Ты…ты… почему ты не хочешь это остановить?! Ведь и так… - а потом запинается.
-Што таг? Мхожешь, всех посгвятишь? – говорит Аллариан, и при этом, похоже сам не радуясь своему заявлению. А затем начинает говорить… на другом языке. Причём, его речь настолько быстра, что я не могу разобрать ни слова. Но сам язык…так красив, так певуч, словно не криккенёр говорит, а оперная дива поёт, словно щебечет соловей, настолько язык плавен, настолько мелодичен, настолько звонок, настолько …просто… просто…не могу найти слов. Завораживает да, хочется стоять весь день и слушать. И Феликс же отвечает так же…
Только я вот понять не могу. Если язык настолько красив, хоть на песню пускай, то почему Аллариан говорил, «гхыкая»? Может…. такова особенность этого…как он там назвал… на «а» как-то… не помню, в общем. Ну, может язык такой? Или же это наш, королевств, так воспринимается? Кто его знает…
Говорит, в основном бывший предводитель криккенёров – Феликс, также известный как Арилэнке Алари. Мой предок… ужас. Не то слово передать, насколько это всё не может просто уложиться в голове. Столько потрясений, столько всего…. Промахнулся, называется. А, ну, все эти мысли куда подальше, всё равно плохо сейчас соображаю. Говорит, в основном, Феликс. Причём его голос полон искреннего отчаянья. А Аллариан стоит, скрестив руки на груди, внимательно слушая, лишь вставляя какие-то коротенькие фразы. Но это только больше раздражает бывшего предводителя, голос которого уже готов сорваться. Наверняка, Феликс что-то предлагает или просит седовласого, а тот не соглашается, и даже похоже вовсе на эту тему не хочет говорить. В этом споре он и побеждает, и когда Феликс окончательно понимает, что своего брата не убедить, тогда сдаётся.
-И помхни, шегсть лхет. Шехсть, - и с этими словами Аллариан показывает сначала пять пальцев, затем четыре, слово проводит обратный отсчёт, когда же он сжимает ладонь в кулак и разжимает, вокруг него появляются синие и зелёные полоски света, а затем седовласый и вовсе исчезает. Словно, его и не было совсем…
Да, слышно, что кто-то вздыхает. Однако по-прежнему все стоят в ступоре.
- Я чего-то понять не могу, - заявляет Феликс-Арилэнке уже равнодушным голосом, - чего все застыли? Небось спрашиваете, что это только что было? Завтра в газетёнке жёлтой почитаете и откопаете столько подробностей, потом сможете перемыть мне все косточки, но сейчас. Я так понимаю, даэйгоры сдаются? Вас мало, а мне хочется завтра с кем-то повоевать. Ну?
Металлоплотные понимают, что действительно лучше уйти, к тому же их остаётся мало. Кто-то подбирает своих раненных и убитый товарищей, а кто-то оставляет трупы на мостовой. Только и виднеются одни серые вспышки.
Неожиданно всё словно начинает двоиться, и резко в глазах светлеть. Я моргаю несколько раз и смотрю вниз. Из моей груди торчат два клинка: один ровный, а другой кривой. Начинает течь моя розовая, почти белая кровь. Сначала шок, а потом чувствую, как нарастает боль…
-Т-ты… отправишь..ся з-за мной… - слышу задыхающийся голос Мельша, а затем и звук падающего тела. Трупа.
-Я же говорила, что мы могли бы уладить это дело миром! – заявляет мне Алла, вытаскивая оба клинка, и скорее всего смотавшись.
-Как же это подло… - вырывается из груди и чувствую, что мои ноги подкашиваются, а всё происходящее начинает крутиться и вертеться, словно юла, боль становится слишком невыносимой, изо рта тоже начинает вырваться кровь, меня начинает разбирать кашель. Я, кажется, падаю…
-Аллар!!! – опускается на ноги Лина. – Просто…я не заметила…
-Да, я сам хорош, - говорю, стиснув зубы, - я же ведь сам должен был это предугадать. Услышать. Отбить атаку, а это даже глупо… получилось.
-Аллар… не уходи… пожалуйста…и в этот раз… - тихо шепчет Кордилина.
-Что «Аллар»? – неожиданно начинаю злиться, говорить уже становится всё труднее и труднее, словно из лёгких уходит воздух… - я даэйгор… в… конце… концов… долго… могу продержаться, - и кровь начинает вырваться изо рта, меня начинает подташнивать. – Ничего… я не намерен … так легко …сдаваться… Лин…я хочу тебе кое-что сказать… - говорю намеренно шёпотом.
-Д-да? – наклоняется она, чтобы лучше расслышать меня. Её охватывает мелкая дрожь. Похоже, что Кордилина испугалась не на шутку. Я не знаю, где мне искать спасения, но я намерен задержаться на этом свете подольше.
Не знаю, когда мне это ещё удастся сделать, поэтому я приподнимаюсь, обвиваю шею Лины рукой и… целую её. М-да, лучше это, конечно, было сделать при каком-нибудь ало-розовом закате, или вообще под большой белой луной, но и так сойдёт. Кровь, в груди две дыры – романтика.
О Создатель, как же это прекрасно! Как я долго об этом мечтал…. И Кордилина не сопротивляется, наоборот начинает придерживать меня. Это поцелуй короткий, однако кажется, что проходит целая вечность, и это даже словно какой-нибудь живительный сказочный отвар, придаёт силы, и даже кажется, что это залечивает раны. К сожалению, это лишь кажется, однако умирать именно сейчас как-то не хочется. Надо продержаться максимально возможно. Металлоплотный я или кто?
Так рассуждаю, словно получил пару царапин…
-Я любом другом случае я бы пошутил, но твои раны слишком серьёзные, - к нам подбегает Феликс и подзывает какого-то незнакомого мне криккенёра. Или криккенёрку? Честно говоря, не поймёшь: вроде одежда мужская, а телосложение женское, ещё и волосы длинные. Да, и имя какое-то непонятное. – В наш замок отнеси этой даэйгора и найди целителя. Быстро, понял? Промедлишь – найду способ, как от тебя избавиться.
-Хорошо, - и это криккенёр садится на корточки, и берет меня за руку. Мы начинаем погружаться прямо под землю…. Значит, вот как они попадают в свой дворец. А боль нарастает, и становится просто невыносимо больше это терпеть….
Ничего. Попадал в переделки и похуже этого.
Человечек, также известный как Розен.
Здесь была сверхмегасуперпупернуоченьумная цитата. И картинка красивая))
|
| |
|
|
| ТихонН [ Offline ] | Дата: Пт, 09.12.2011, 10:36 | Сообщение # 416 |
|
Полосатый Дипломат :)
Пользователь №: 100
|
| Герои на то и герои что поступают так как хотят - порой откровенно издеваются над авторами по крайней мере многие поступки и патийцев были крайне неожиданны для меня, как и финалы большиснства историй)
Хотя вот так резкой смены сторон не было пока) Но это хороший признак текст зажил своей реальностью и дело творца ныне - лишь выявлять то, что прорастает через слова и смыслы, не пытаясь навязать свою волю тому, что уже свершилось в какой-то иной реальности.
И таки закрываю долг
Операция "Самые лучшие враги" часть пятая
Лукарь очнулся к своему невероятному удивлению дома в своей постели. Голова кружилась и раскалывалось, тело болело от множества ушибов, но раны были аккуратно перевязаны. Ни врагов, ни друзей не наблюдалось.
"Ниче не понимаю" признался сам себе лукарь, после чего огляделся и заметил на столике у кровати мешочек и письмо. Сердце его учащенно забилось - судя по почерку письмо было от нее, той самой чудесной незнакомки!
Лукарь схватил письмо и впился глазами в текст "Мой милый рыцарь с рогаткой!" начиналось письмой "я рада что мое сердце не ошиблось в твоем благородстве и отваге! Стоя на краю гибели, замезая от холода смерти, я таки была спасена твоими подвигами от кучки подлых злодеев. Душа моя пела, когда враги падали под твоими сокрушительными ударами справедливости, а потом заплакала, когда мой герой, сразив главного злодея, сам потерял сознание от усталости и многочисленных ран. К счастью, я смогла перевязать раны и отвезти тебя домой. Прими, о спаситель, в знак моей признательности слова вечной благодарности и небольшой подарок. Опасаясь, что злодеи вернутся с подкреплением, я покидаю этот город в спешке, лишенная жестокой судьбой возможности лично поблагодарить тебя. Это разрывает мое сердце и на далекой чужбине лишь мысль, что когда нибуть мы встретимся снова, будет греть меня и укреплять в нелегких испытаниях. спасенная тобой прекрасная незнакомка".
Лукарь искренне презирал любимые лиской сентиментальные романы и сериалы для домохозяек, поэтому и был в душе страшно сентиментален и лишен нужного для здорового цинизма иммунитета. Письмо растрогало его до глубины души, а в мешочке оказались камни на физическую атаку высшего уровня! Мало того что они стоили целого состояния, так именно о них лукарь и мечтал долгое время, чтобы вставить в рогатку и арбалет. Сам себе торжественно поклялся лукарь отныне совершать еще больше подвигов с помощью этих камней и все посвятить прекрасной незнакомке!
Тут вернулись откуда то друзья. Удивленно взирая на радостного лукаря, бывшего наполовину в бинтах, они останавились у входа в комнату. Впрочем сами они за исключением тигры и лиски тож выглядели не очень и были откровенно помяты. Уловив недоуменный взгляд лукаря маг коротко пояснил "тигру решили помыть. пришглось повозится". Да уж, это объясняло многое. Тигра в принципе был не против мытья, но иногда на него находило и он, как и все кошки, начинал чисто из вредности отказываться приближаться к воде. Понятно почему тигра щеголяет чистейшей серкающей шерсткой, а маг, воин и прист, вероятно силой закидывающие кошака в баню, щеголяют прекрасным набором синяков и царапин. Впрочем, какая баня, братва, слухай что со мной то было!!!!
вскоре за ужином наступило время театра одного актера. Лукарь конечно не стал зачитывать обращенные к нему и только к нему личные письма от незнакомки (в последующие дни впрочем замучив друзей постоянным цитированием взахлеб наиболее понравившихся мест - а нравилось ему все от точки до точки), но последующие события описал крайне живописно. Легионы врагов вставали из магической тьмы и развеивались в пыль под градом его стрел. Ударом кастетов лукарь отправлял в небытие жутких демонов, уже раззявивших мерзкие пасти на прекрасную незнакомку. Главбосс был непобедимым големом высотой метров пять,а финальный бой длился от рассвета до заката и закончился триумфальной победой сил добра в лице лукаря. Тигра заслушивался, раззинув пасть от удивления. На лице воина как обычно мало что отражалось, но чувствовалось что и он впечатлен. Только маг и жрец были по прежнему хмуры - наверно завидовали! "Эх, лиска" говорил лукарь с набитым ртом (ужин то никто не отменял) "ты тож девица ничего, но там блиин вот там была красота! мельком ток увидел пару раз и все - пропал я! Красава неописуемая! шубка искрится, глаза самоцветы, а улыбка - ыыы!!!" Лиска почему то не обижалась, а постоянно подкладывала лукарю все лакомые кусочки. Видать и ей история про спасение понравилась.
В общем с того примечательного дня лукарь повеселел. Он теперь знал, что остались в ПВ еще грозные и интересные враги и с замиранием сердца ждал ежесекундно встречи с ними. И конечно, он часто представлял себе ту самую минуту, когда прекрасная незнакомка вернется в ГД.
|
| |
|
|
| Howea [ Offline ] | Дата: Пт, 09.12.2011, 18:21 | Сообщение # 417 |
|
Дипломат
Пользователь №: 23
|
| Кст, характер у жреца изменился. Он стал более живым).
Забыла ссылку. http://reincarnation.su/forum/viewtopic.php?p=243499#243499
Гады читают, но не комментируют(((
В борьбе со здравым смыслом победа будет за нами!
|
| |
|
|
| Toshax [ Offline ] | Дата: Вс, 11.12.2011, 11:22 | Сообщение # 418 |
|
| Указывайте пожалуйста что игровой ТихонН танк - это не тот кто пишет байки. Запарили засирать в ПМ с вопросами, в том числе и РРФ с Инь-Янь
|
| |
|
|
| ТихонН [ Offline ] | Дата: Вс, 11.12.2011, 18:17 | Сообщение # 419 |
|
Полосатый Дипломат :)
Пользователь №: 100
|
| смотрите кто приперся
Ты же бросил игру от непоправимых душевным травм, причиненных моими обвинениями в воровсте. Какие же проблемы?оО
Я конечно говорил, что у Бездушных душевные травмы нонсенс, но вам то зачем рушить маскировку?
Пичаль и непонятки
пы сы. Отписал на сайте иньяня что в игре не я, а Лена (спасибо ей!) - на сайте реборнов
Сообщение отредактировал ТихонН - Вс, 11.12.2011, 18:42 |
| |
|
|
| Toshax [ Offline ] | Дата: Пн, 12.12.2011, 17:43 | Сообщение # 420 |
|
| Спасибо за понимание.
В услугах врача по лечению душевных травм не нуждаюсь, тем более в Вашем лице. Да и в маске уже тоже, можете оставить себе на карнавал.
* спасибо великому мастеру и учителю русского языка: ТихонН
Сообщение отредактировал Toshax - Вт, 13.12.2011, 19:44 |
| |
|
|
